Вольф Кицес (wolf_kitses) wrote,
Вольф Кицес
wolf_kitses

Categories:

ПРОИСХОЖДЕНИЕ ЯЗЫКА: НОВЫЕ ФАКТЫ И ТЕОРИИ-2

А.Г.Козинцев

Продолжение. Начало здесь.

2.2.2. Все это подводит к идее огромной пластичности мозга и языкового поведения и к признанию ключевой роли социальной среды, что не умаляет роли врожденных факторов и естественного отбора. Язык – социальное, а не биологическое явление. На этой позиции стояли представители различных течений гуманитарной науки – бихевиористы (Скиннер), структуралисты (Пиаже), марксисты (Выготский) и близкие к марксизму мыслители, прежде всего Бахтин. Самое замечательное, однако, что близкие взгляды развивает ведущий современный нейрофизиолог Т.Дикон, автор самого фундаментального в мире труда по механизмам речи (Deacon 1997). Согласно Дикону, язык колонизовал мозг, прежде приспособленный для совершенно иных целей. Заняв огромные участки мозга, он подавил старую систему непроизвольной лимбической вокализации и установил радикально новую систему произвольной вокализации с собственной системой коркового контроля.

Разгадка “грамматического взрыва” у детей состоит, по Дикону, в том, что языки, эволюционируя быстрее и сильнее, чем их субстрат, и пройдя жесткий отбор на легкую усваиваемость, стали в итоге максимально “дружелюбны к пользователю”. А то, что языковая компетентность 2-летних детей невелика, может оказаться преимуществом, ибо позволяет сразу увидеть “лес” за редкими еще “деревьями”. Модулярность (четкая локализация и полная врожденность) контроля звуковых сигналов в мозгу есть, но не там, где ее ищут нативисты. Она – в лимбической системе, контролирующей древнюю непроизвольную вокализацию. В неокортексе же никакого модуля нет и быть не может – именно из-за огромной пластичности языка и размытости его “представительства” (см. п.2.2). Ключевая роль принадлежит префронтальной коре, осуществляющей выбор между несколькими вариантами, что особенно важно при затруднениях с выбором верной глубинной структуры фраз типа “The cat the mouse killed”. Именно возможность отвлечения от поверхностных структур придает грамматике такую силу генеративности – но это же и не позволяет ей анатомически локализоваться (и соответственно генетически закрепиться) в мозгу. Не мозг долгим эволюционным путем создавал язык, а язык, нарушив эволюционную постепенность, создал человеческий мозг. Началом начал было употребление орудий, затем возникла потребность в символизации, и лишь в ответ на эту потребность перестроился мозг.

Труд Дикона – новый этап не только в нейролингвистике, но и в давнем философском споре. Защищать нативистские или редукционистские идеи в вопросе о глоттогенезе стало теперь так же сложно, как отстаивать креационизм после выхода книг Дарвина.

Проблема древности языка (едва ли, впрочем, в нынешнем его виде) решается с известной долей уверенности. Первыми говорящими существами, видимо, были ранние представители рода Homo, конкретно, вида Homo habilis, появившиеся около 2.6 млн лет назад. На слепках их эндокранов заметно разрастание большинства зон, участвующих в контроле речевой функции (Tobias 1987; Holloway 1996). Так же датируются и первые каменные орудия искусственного происхождения.

Природа, культура, язык. Подведем итоги. Ни обезьяны, ни другие животные, не пользуются символами в природных условиях. А без этого даже такие, казалось бы, высокоадаптивные традиции, как использование каменных орудий, не приносят популяциям, в которых они распространены, заметных эволюционных выгод и соответственно не становятся достоянием вида в целом. Культура не возникает. Почему же то, что жизненно необходимо для человека и составляет его сущность, не реализуется у животных, несмотря на наличие к этому явных предпосылок?

Видимо, язык не совместим с природным состоянием. Социальное поведение животных, несмотря на всю его пластичность, демонстрируемую внутривидовыми “псевдокультурными” поведенческими различиями, столь же видоспецифично, как и все прочие биологические признаки. Отбор закрепляет видовую норму поведения, тогда как язык и культура ее расшатывают и уничтожают.

Язык создает качественный разрыв между природой и культурой. Он возможен и необходим лишь в культуре, хотя сам же служит ее предпосылкой. Значит, оба явления возникают одномоментно: язык автоматически порождает культуру. Глубины разрыва между двумя альтернативными способами существования – природным и культурным – не замечают ни редукционисты, ни, парадоксальным образом, их противники нативисты. Выражение “языковой инстинкт” – такой же оксюморон, как и выражение “культура шимпанзе”. Вполне допустимо, впрочем, что сама альтернативность двух способов существования с исключением чего-либо промежуточного создана не только языком, но и естественным отбором, конкретно, его дизруптивной формой, уничтожающей всякую постепенность между двумя взаимоисключающими вариантами. Возникновение языка было подобно переводу стрелки на рельсах, благодаря чему эволюционный путь человека необратимо удалился от эволюционных путей всех прочих существ.

Культура в диахронном аспекте есть растущий свод символически закодированной информации, передаваемой от одного поколения к другому. Культура в синхронном аспекте есть результат этого процесса. Предпосылкой культуры служит немыслимая в природе степень пластичности поведения, находящая соответствие в огромной пластичности (“антимодулярности”) материального субстрата языка – неокортекса человеческого мозга.

Сколь бы пластичным ни было поведение высших приматов, обезьяна по природе – все-таки обезьяна. Между тем, человек по природе – не человек, он вообще никто. Статус человека ему придают язык и культура, которая представляет собой альтернативу видовой поведенческой норме и, судя по всему, не совместима с последней. Если отвлечься от чистой физиологии, нужно признать, что никакой общевидовой, врожденной нормы человеческого поведения, особенно социального, не существует. Точнее, если какие-то ее остатки и прослеживаются этологами у детей, то в процессе социализации они перекрываются культурными нормами, усваиваемыми точно так же, как и язык. Как язык – и в онтогенезе, и в филогенезе – вытесняет древнюю висцеральную вокализацию, так и культурные нормы вытесняют древние врожденные поведенческие программы. Единой общечеловеческой нормы поведения нет потому же, почему нет единого общечеловеческого языка.

Главным фактором возникновения языка было коллективное употребление орудий. Причинно-следственная связь реконструируется теперь уже не на философской основе, как прежде, а на эмпирической. Шимпанзе пользуются орудиями, а значит (если не прибегать к малоправдоподобному допущению о независимом возникновении у них этой поведенческой особенности), орудиями пользовался и наш общий предок. Но обезьяны в природе не пользуются символами. Следовательно, “в начале было Дело” и лишь впоследствие – Слово. Впервые после Гете об этом сказал Энгельс в 1876 г. Что же касается вероятной и едва ли случайной синхронности перехода от употребления природных камней к изготовлению каменных орудий (чем обезьяны занимаются только в неволе) и появления анатомических свидетельств речевой способности, то здесь первичность Дела по отношению к Слову не установлена. Такие орудия могли начать изготовлять уже говорящие существа.

Специалисты по детской психологии показали, что три способности развиваются в онтогенезе рука об руку: общение, манипулирование предметами и подражание. Соединяясь, они дают символизацию (Gopnik, Meltzoff 1988). Все три качества прекрасно развиты у высших обезьян, а потому едва ли в филогенезе дело обстояло иначе. Дети, как и обезьяны в экспериментах, учатся языку у воспитателей. Остается предположить, что произвольное связывание звуков и/или жестов (в первом случае нужна дополнительная преадаптация мозга) со значениями и комбинирование символов были некогда кем-то изобретены (об одномоментности возникновения языка писал еще Гумбольдт), а затем распространились, подобно любому полезному навыку. О том, чтобы этот навык не была утрачен, позаботился естественный отбор, усовершенствовавший как функцию, так и контролирующие ее структуры.

 

ЛИТЕРАТУРА

Гудолл Дж. Шимпанзе в природе: Поведение. М., 1992.

Гумбольдт В. Избранные труды по языкознанию. М., 1984.

Зорина З.А., И.И.Полетаева. Зоопсихология: Элементарное мышление животных. М., 2001.

Иванов Вяч.Вс. К предыстории знаковых систем. В кн.: Σημειωτική: Материалы Всесоюзного симпозиума по вторичным моделирующим системам, Тарту, 1974, вып. 1 (5).

Мак-Фарленд Д. Поведение животных. М., 1988.

Резникова Ж.И. Интеллект и язык: Животные и человек в зеркале экспериментов. Новосибирск, 2000.

Фирсов Л.А. Довербальный язык обезьян. – Журнал эволюционной биохимии и физиологии, 1983, т.19.

Хомский Н. Язык и мышление. М., 1972.

Aboitiz F., Garcia R.V. The evolutionary origin of the language areas in the human brain: A neuroanatomical perspective. – Brain Research Reviews, 1997, vol.25.

Armstrong D.F., Stokoe W.C., Wilcox S.E. Gesture and the Nature of Language. Cambridge, 1995.

Arnason U., Gullberg A., Janke A., Xu X. Pattern and timing of evolutionary divergences among hominoids based on analysis of complete mtDNAs. – Journal of Molecular Evolution, 1996, vol.43.

Bellugi U., Bihrle A., Jernigan T. et al. Neuropsychological, neurological, and neuroanatomical profile of Williams Syndrome. – American Journal of of Medical Genetics, Supplement 6, 1991.

Bickerton D. The Roots of Language. Ann Arbor, 1981.

Bickerton D. Language and Species. Chicago, 1990.

Boesch C., Boesch H. The Chimpanzees of Tai: Behavioral Ecology and Evolution. Oxford, 2000.

Brunet M., Guy F., Pilbeam D. et al. A new hominid from the Upper Miocene of Chad, Central Africa. – Nature, 2002, vol.418.

Calvin W.H. The unitary hypothesis: A common neural circuitry for novel manipulations, language, plan-ahead, and throwing? – K.R. Gibson, T. Ingold (eds.). Tools, Language and Cognition in Human Evolution. Cambridge, 1993.

Cheney D.L., Seyfarth R.M. How Monkeys See the World. Chicago, 1990.

Chomsky N. Reflections on Language. N.Y., 1975.

Chomsky N. Modular Approaches to the Study of the Mind. San Diego, 1984.

Chomsky N. Language and Problems of Knowledge: The Managua Lectures. Cambridge, 1988.

Corballis M.C. The Lopsided Ape: Evolution of the Generative Mind. N.Y., 1991.

Corballis M.C. From Hand to Mouth: The Origins of Language. Princeton, 2000.

Corballis M.C., Lea S.E. (eds.). The Descent of Mind: Psychological Perspectives on Hominid Evolution. Oxford, 1999.

Deacon T. The Symbolic Species: The Co-evolution of Language and the Brain. N.Y., 1997.

Enard W., Przeworski M., Fisher S.E. et al. Molecular evolution of FOXP2, a gene involved in speech and language. – Nature, 2002, vol.418.

Gannon P.J., Holloway R.L., Broadfield D.C., Brown A.R. Asymmetry of chimpanzee planum temporale: humanlike pattern of Wernicke’s brain language area homologue. – Science, 1998, vol.279.

Gardner R.A., Gardner B.T. Early signs of language in cross-fostered chimpanzee. – J. Wind, B. Chiarelli, B. Bichakjian, A. Nocentini (eds.). Language Origins: A Multidisciplinary Approach. Dordrecht, 1992.

Goodman M., Czelusniak J., Page S., Meiereles C. Where DNA sequences place Homo sapiens in a phylogenetic classification of primates. – P. Tobias et al. (eds.). Humanity from African Naissance to Coming Millennia. Firenze, 2001.

Gopnik A., Meltzoff A.N. Early semantic developments and their relationship to object permanence, means-ends understanding, and categorization – K.E. Nelson, A. van Kleeck (eds.). Children’s Language, vol.6. Hillsdale, 1988.

Gopnik M. (ed.). The Inheritance and Innateness of Grammars. N.Y., 1997.

Herman L.M., Pack A.A., Morrel-Samuels P. Representational and conceptual skills of dolphins. –

H.L. Roitblat, P.E. Nachtigall (eds.). Language and Communication: A Comparative Perspective. Hillsdale, 1993.

Hewes G.W. Primate communication and the gestural origin of language. – Current Anthropology, 1973, vol.14.

Holloway R.L. Evolution of the human brain. – A. Lock, C. Peters (eds.). Handbook of Human Symbolic Evolution. Oxford, 1996.

Jerison H.J. The Evolution of the Brain and Intelligence. N.Y., 1973.

Jerison H.J. Adaptation and preadaptation in hominid evolution. – P. Tobias et al. (eds.). Humanity from African Naissance to Coming Millennia. Firenze, 2001.

Kendon A. Some considerations for a theory of language origins. – Man, 1991, vol.26.

Kimura D. Neuromotor mechanisms in the evolution of human communication. – H.D. Steklis,

M.J. Raleigh (eds.). Neurobiology of Social Communication in Primates. N.Y., 1979.

Kuhl P.K., Meltzoff A.N. Evolution, nativism and learning in the development of language and speech. – Gopnik M. (ed.). The Inheritance and Innateness of Grammars. N.Y., 1997.

Lai C.S.L. et al. A forkhead-domain gene is mutated in severe speech and language disorder. – Nature, 2001, vol.413.

Lenneberg E.H. Biological Foundations of Language. N.Y., 1967.

Lieberman P. The Biology and Evolution of Language. Cambridge, 1984.

Lieberman P. Uniquely Human: The Evolution of Speech, Thought and Selfless Behavior. Cambridge, 1991.

Lieberman P. Human Language and Our Reptilian Brain: The Subcortical Bases of Speech, Syntax, and Thought. Cambridge, 2000.

McNeill D. Hand and Mind: What Gestures Reveal About Thought. Chicago, 1992.

Marler P., Evans C. Communication signals of animals: Contributions of emotion and reference. –

U. Segerstrеle, P. Molnбr P. (eds.). Nonverbal Communication: Where Nature Meets Culture. Mahwah, 1997.

Menzel E.W. Communication on object locations in a group of young chimpanzees. – D.A. Hamburg,

E.R. McCown (eds.). The Great Apes. Menlo Park, 1979.

Namy L.L., Waxman S.R. Words and gestures: Infants' interpretations of different forms of symbolic reference. – Child Development, 1998, vol.69.

Panger M.A. Object-use in free-ranging white-faced capuchins (Cebus capuchinus). – American Journal of Physical Anthropology, 1998, vol.106.

Parker S.T., Milbrath C. Higher intelligence, propositional language, and culture as adaptations for planning. – K.R. Gibson, T. Ingold (eds.). Tools, Language and Cognition in Human Evolution. Cambridge, 1993.

Pearson H. Gene leaves apes speechless. Nature News Service / Macmillan Magazines Ltd, 2002, 15 August.

Pepperberg I.M. Social influences on the acquisition of human-based codes in parrots and nonhuman primates. – C.T. Snowdon, M. Hausberger (eds.). Social Influences on Vocal Development. Cambridge, 1997.

Pinker S. The Language Instinct: How the Mind Creates Language. N.Y., 1994.

Sampson G. The “Language Instinct” Debate. L., 1997.

Savage-Rumbaugh E.S., Lewin R. Kanzi: The Ape at the Brink of the Human Mind. N.Y., 1994.

Savage-Rumbaugh E.S., Shanker S., Taylor T.J. Apes, Language and the Human Mind. N.Y., 1998.

Snowdon C.T. From primate communication to human language. – F.B.M. de Waal (ed.). Tree of Origin: What Primate Behavior Can Tell Us About Human Social Evolution. Cambridge, 2001.

Tobias P.V. The brain of Homo habilis: A new level of organisation in cerebral evolution. – Journal of Human Evolution, 1987, vol.16.

Tomasello M. The Cultural Origins of Human Cognition. Cambridge, 1999.

Wallman J. Aping Language. Cambridge, 1992.

Weir A.A.S., Chappell J., Kacelnik A. Shaping of hooks in New Caledonian crows. – Science, 2002, vol.297.

Wrangham R.W., McGrew W.C., de Waal F.B.M., Heltne P.G. (eds.). Chimpanzee Cultures. Cambridge, 1994.

Теоретические проблемы языкознания.

Сборник статей к 140-летию кафедры общего языкознания СПБГУ.

СПб: Изд-во СПБГУ, 2004, с.35-50.

 P.S. Марксизм и трудовая теория Энгельса рулят, что приятно. Труд создал символизацию, необходимую для создания орудий по идеальному образцу, притом что «образцы» на обезьяньей стадии уже использовались для разрешения проблемных ситуаций социального характера. А символизация автоматически создаёт культуру и язык. Не говоря уже о подтверждении идеи Л.С.Выготского, что сперва на животной стадии развитие интеллекта и речи шло совсем независимо. Интеллект развивался на индивидуальном уровне и зависел от биологического бэкграунда, а животный аналог речи, их системы сигнализации развивались для решения социальных проблем, обслуживания социальной системы вида в целом и были связаны с прогрессивным развитием социальной организации (что в ряду приматов заметно ещё лучше, чем прогресс в интеллекте от капуцина до бонобо). А в момент создания материальной цивилизации, перехода к совершенствованию орудий труда, происходит ключевой ароморфоз – «речь» становится интеллектуальной, а мышление речевым, после чего знаки работают как психические орудия, одновременно тянущие вверх и вперёд и общественный прогресс, и индивидуальное познание мира, и сознание познающих мир индивидов.


Tags: антропология, биология человека, коммуникация, коммуникация животных, марксизм, проблемы происхождения, происхождение языка
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 47 comments