?

Log in

No account? Create an account
entries friends calendar profile Чулан и склад Вольфа Кицеса Previous Previous Next Next
Является ли свобода воли изобретением эволюции? - Вольф Кицес
wolf_kitses
wolf_kitses
Является ли свобода воли изобретением эволюции?

Маркевич В.В

Свобода воли

В теории Л. С. Выготского воля рассматривается как одна из высших психических функций наряду с памятью, вниманием и др. [1]. Речь идет о реальном психическом механизме, структуру которого можно изучить во всех подробностях и деталях. История становления этой высшей психической функции прослеживается с точки зрения развития (эволюции) культуры. Все это — конкретные научные задачи. И хотя многие из этих задач еще ждут своего решения, теорию, изложенную в работах Выготского, можно считать если и не законченной, то вполне очерченной. Трудно удержаться от соблазна рассмотреть с точки зрения этой теории ряд широко обсуждаемых в современной литературе вопросов, связанных с понятием свободы воли, в частности вопрос о согласовании детерминистского характера физических процессов с возможностью сознательного волевого поведения. Этот вопрос ставится по обыкновению в философском ключе. Впрочем, в связи с успехами в изучении мозговых процессов в нестройном хоре мнений уже стали прослушиваться и голоса представителей естественных научных дисциплин. Способна ли культурно-историческая теория предоставить свой вариант разрешения проблемы? Является ли круг идей, заложенных в учении Выготского, достаточным, чтобы пролить свет на одну из центральных философско-психологических загадок?

Приступая к решению указанной выше задачи, нам следует прежде всего очертить границы феномена, о котором пойдет речь, и дать необходимые определения. Что мы будем понимать под свободой воли?

Предметом нашего рассмотрения станет очевидный для нас факт, что перед «нами открыта возможность альтернативных решений и действий в будущем» [3, с. 83]. Я могу завтра либо выйти на работу, либо пойти в кино. Оба варианта представляются мне возможными. В какой-то момент мне придется принимать решение. Это сознательное волевое решение и определит вариант, который будет реализован в действительности.

Другое возможное определение свободы воли развернуто не вперед, а назад. Каждый из нас имеет опыт разрыва (по выражению Джона Сёрля [3]). Это означает, что психологических предпосылок еще недостаточно, чтобы причинно обусловить наше поведение. Предположим, мне предстоит принять участие в голосовании. У меня есть основания отдать свой голос в пользу одного из кандидатов — скажем, меня привлекает его экономическая программа. Существуют также основания голосовать против. Оказывается, что наличие этих оснований недостаточно для действия. Я не могу устроиться в кресле и ждать, пока эти основания «сработают». Сам человек должен придать этим основаниям силу, принимая сознательное волевое решение.

Проблема, к рассмотрению которой мы собираемся приступить, заключается в том, что феномен волевого поведения слабо вписывается в картину современного естествознания, если не сказать, — прямо противоречит ему. В природе не бывает «вилок». Траектория движения системы не может расщепиться. Если мы будем придерживаться детерминистского подхода, то увидим, что состояние физической системы в момент времени t1 и законы природы однозначно определят состояние системы в последующий момент времени t2. Несогласованность двух озвученных позиций и является предметом дискуссии, в которой мы намереваемся принять участие.

Здесь следует сделать необходимое отступление. Современная квантовая механика допускает существование вероятностных процессов. Точнее говоря, волновая функция квантового объекта, предоставленного самому себе (волновая функция описывает состояние системы), развивается вполне предсказуемо, однако вероятностная интерпретация самой волновой функции (копенгагенская интерпретация, наиболее распространенная на сегодняшний день), вносит существенные коррективы в общую картину. В процессе измерения мы можем перевести физическую систему (допустим, электрон) в новое физическое состояние, причем в какое именно, точно предсказать нельзя. Можно только определить вероятность соответствующего перехода. Такая вероятность заложена в фундаменте квантово-механических законов.

Следует, однако, признать, что это дополнительное обстоятельство нисколько не продвигает нас в решении парадокса свободы воли. Представим, как поезд движется вдоль железнодорожной ветки; мы находимся в кабине машиниста; впереди развилка. Если раньше железнодорожная стрелка была жестко зафиксирована в одном из двух положений, то теперь она управляется фундаментальным квантово-механическим законом, и с вероятностью 1/2 при подъезде локомотива принимает одно из двух положений. Теперь я не могу предсказать, где окажусь через минуту, но у меня как не было свободы выбора, так и не появилось. По этой причине мы оставим в покое квантово-механические вероятности и вернемся к нашей основной проблеме.

Существуют различные подходы к разрешению парадокса свободной воли. В одном из них признается существование нематериального агента волевого поведения. Мы не будем рассматривать эту возможность, так как пришлось бы выйти здесь за рамки научного дискурса. Другой подход провозглашает отказ от современной физики и призывает к созданию физики новой. Перспективы такого отказа представляются автору статьи абсолютно неопределенными. Трудно даже представить себе, какими чертами должна была бы обладать новая физика, чтобы могла продвинуть нас в разрешении проблемы.

На другом «полюсе» рассмотрения оказываются теории, признающие иллюзорность свободы воли. Такая точка зрения требует, на наш взгляд, прежде всего предварительного прояснения. В каком смысле свобода воли является обманом, иллюзией? Допустим, я присутствую на представлении, в котором кролика превращают в слона. Позднее я узнаю, что в действительности никакого превращения не происходило, что эффект обусловлен хитрой системой зеркал и подставного дна. Это то, что мы называем иллюзией, обманом, то, о чем я мог бы позабыть, выходя из зала, то, что не задело бы моего мировосприятия. Кролики не могут превращаться в слонов; нас обманули; ничего страшного. Мы не могли бы назвать свободу воли иллюзией в этом смысле. Отказываясь от свободы воли, мы должны отказаться от чего-то очень важного, по сути дела, отказаться от самих себя. Можно было бы рассмотреть различные аргументы, выдвигаемые против существования разрыва, но немыслимо было бы всерьез принять такую позицию. Нам представляется, что в понятии разрыва (на психологическом уровне) Джон Сёрль ухватил некоторый чрезвычайно важный объективный момент, свойственный человеческому поведению.

Таким образом, мы переходим непосредственно к изложению точки зрения, которую собираемся защищать. Теорию, согласно которой детерминизм совместим со свободой воли, называют иногда компатибилизмом. Джон Сёрль в работе «Рациональность в действии» [3] выдвигает против компатибилизма следующий аргумент. Допустим, что нейробиологические механизмы причинно обусловливают мое поведение в заданной конкретной ситуации — на нейробиологическом уровне нет никакого разрыва. Это означало бы, что сознательные механизмы принятия решения (именно на этом уровне существует разрыв) не играли бы никакой роли, то есть были бы эпифеноменальны. Сложный и изощренный механизм сознательного волевого поведения предстает перед нами здесь странной причудой, никчемной вещью. Существование такого механизма противоречит всему, что мы знаем об эволюции и естественном отборе. Подобный механизм не мог бы возникнуть в ходе эволюционного развития — таков аргумент Джона Сёрля.

Аргумент «от эпифеноменализма» мы и намереваемся оспорить. Точка зрения наших оппонентов основана на одном заблуждении, которое, по всей видимости, разделяют сторонники очень разных подходов к проблеме свободы воли. И вопрос этот касается функции обсуждаемого здесь механизма.

По обыкновению считается, что механизм свободы воли предназначен для принятия решения в ситуации изолированного индивида в данном конкретном случае, например при выборе одного из двух бокалов вина [3]. При таком допущении мы действительно окажемся перед неразрешимой проблемой. Наш тезис заключается в том, что такое допущение, попросту говоря, не является верным.

Функция институции свободы воли вовсе не заключается в выборе «ветки», по которой будут развиваться события в данном конкретном случае. Свобода воли связана с этим выбором лишь опосредованно. Какова же тогда «действительная» функция механизма свободы воли? Для того чтобы разобраться в этом вопросе, обратимся к теории Выготского.

Жребий

В работе «История развития высших психических функций» [1] Л. С. Выготский последовательно проводит различение между низшими и высшими психическими функциями (ВПФ). Высшие функции отличаются от низших как по своей структуре, так и по происхождению. Строение ВПФ определяется способом использования (функционирования) знака. Структуру ВПФ легко разобрать на примере ряда модельных примеров, которые к настоящему времени уже утратили свое ведущее место в психическом ландшафте поведения. Такими моделями являются, например, узелок на память как форма культурной памяти и жребий как элементарная форма воли.

Как известно, знаковое поведение не является особенностью человека. Знаковое поведение служит зачастую видовым признаком в животном мире. Что же, по мнению Выготского, является определяющей, специфической особенностью употребления знака человеком? Ключевым моментом в таком употреблении, согласно точке зрения мыслителя, является то, что человек вводит знак сам. Так, при использовании «узелка на память» человек завязывает узелок сам, овладевая, таким образом, своим поведением. Человек вводит в ситуацию специальный знак, определяя тем самым ход припоминания. Вспомогательное стимул-средство действует автоматически, согласно своей психической природе — в нужный момент узелок напомнит о чем-то важном. Такое употребление знаков Выготский называет автостимуляцией.

Высшую психическую функцию воли Выготский разбирает на примере ситуации буриданова осла. Если человек попадет в ситуацию противоположных стимулов, приблизительно равных по силе, то не уподобится собакам профессора Павлова, впадавшим в истерику, или ослу Буридана, погибшему от голода. Человек бросит жребий. Здесь человек искусственно изменяет ситуацию, вводя вспомогательные стимулы, которые определят его поведение. Предполагается, что акт бросания жребия детерминирован ритуалом, а необходимость исполнения выпавшей участи психологически неотвратима. Как указывает Выготский, такова культурная форма решения проблем, превратившаяся сейчас уже в атавизм, но некогда, по всей видимости, сыгравшая свою решительную роль в формировании культурных форм волевого поведения.

В чем же заключается исключительность описанной здесь процедуры? Действительно ли мы уловили принципиальное отличие между человеком и животным? Можем ли мы представить себе робота, поведение которого вписывалось бы в предложенную здесь схему жребия?

Позиция не настолько очевидна, чтобы быть принятой без обсуждения. Примечательно, что Выготский вводит в этом месте в ткань повествования [1, c. 69] оппонента. Итак, к двум противоположным по направлению исходным стимулам А и В добавляются стимулы а и b, обусловленные жребием. Нельзя ли эту новую ситуацию, говорит воображаемый оппонент, уложить в ту же схему стимул-реакция?

Ответ Выготского весьма примечателен. Выготский буквально пишет, что происходящее здесь действительно можно «полностью и без всякого остатка» вписать в схему стимул-реакция, только такая точка зрения «не способна уловить новый конструктивный принцип поведения». Новый принцип здесь заключается в активном вмешательстве человека в ситуацию. Ну, что же, Выготский безусловно движется в правильном направлении, но путь этот, как нам представляется, нелегок и совсем некороток. Рассмотрим это подробнее.

Вводя в ситуацию стимул-средство, человек овладевает своим поведением. Логическая постановка вопроса здесь не вполне очевидна. Как мы должны понимать утверждения «человек сам завязывает узелок» или «человек сам бросает жребий»? Кто же именно овладевает поведением? Чьим поведением тут овладевают? Какова природа агента, о котором идет речь? Допустим, что культурная форма памяти происходит от узелка, а культурная форма воли — от жребия. Означает ли это, что человек существует еще до возникновения этих культурных форм памяти и воли?

Поясним мысль на следующем примере. Представьте себе, что «некий автор написал свой первый роман». Есть два возможных способа помыслить эту фразу. В первом случае можно допустить, что человек, имя которого указано на титульном листе, уже существовал в своей ипостаси «автора» до написания романа. Во втором случае «автор» появился вместе с написанием романа (и благодаря написанию романа). То есть человек существовал и раньше, но в «автора» превратился только благодаря процессу самого написания романа. В каком из этих двух смыслов следует понимать приведенное выше описание об «овладении своим поведением»? Существовал ли волевой агент до самого овладения?

Судя по всему, Выготский придерживается варианта, согласно которому человек появляется только вместе с возникновением культурных форм поведения. Означает ли это, что историю с узелком и жребием мы должны поставить во главу угла при рассмотрении вопроса о генезисе человека? Возможно, мы так и должны были бы сделать, если бы картина происходящего была законченной. Наш собственный тезис заключается в том, что описание Выготского, хотя и движется в правильном направлении, не является полным. За бортом остались некоторые ключевые детали.

Вернемся к истории со жребием. На поверку оказывается, что не составляет большого труда дать техническое описание поведения, где робот, попавший в ситуацию буриданова осла, действовал бы по схеме жребия. В качестве примера рассмотрим следующий сюжет. Известно, что некоторые виды птиц ориентируются по магнитному полю Земли. Представьте себе, что поведение птицы ранее определялось только ландшафтом местности. Представим себе далее, что в некоторый момент, в ситуации неопределенного ландшафта, птица стала обращаться к внешнему стимулу — к своеобразному компасу у нее в голове. В рамках мысленного эксперимента мы могли бы даже представить, что в голове у птицы находится не компас, а рулетка, которая запускалась бы специальным движением головы (если вам трудно представить в этой роли птицу, считайте, что речь идет о роботе). Чем принципиально отличается эта ситуация от человека, бросающего жребий? Робот-птица приводит рулетку в движение специальным движением головы. Означает ли это, что птица сама вводит в ситуацию дополнительный стимул? Согласимся ли мы назвать робота-птицу субъектом волевого действия?

Судя по всему, у нас нет разумных оснований приписывать роботу-птице свободу воли. В чем же тогда заключается идея жребия как элементарного волевого акта? Что именно мы не ухватываем в нашем рассуждении? Мы встали на сторону оппонента в споре о жребии. Не пытаясь отрицать значение автостимуляции и осознавая, что это понятие отражает существенную, важную часть ситуации, мы приходим к мысли, что предложенной нам схемы еще недостаточно. Для того чтобы продвинуться в решении проблемы, нам нужно сделать несколько решительных шагов вперед.

Присваивание жребия

Как мы должны понимать утверждение, что человек «сам ввел в ситуацию стимул-средство»? Какая необходимая деталь в развивающейся череде событий позволяет нам интерпретировать происходящее в указанном «стиле»?

Возможно, человек может прямо об этом заявить. Человек говорит: «Смотрите, я принимаю решение». В этом все дело! Человек присваивает действие бросания жребия (мы видим, что здесь вводится в дело еще один, дополнительный знак). Эта фраза является частью ритуала, который несет интересную функцию. Поскольку эта фраза была произнесена, соплеменники будут приписывать ответственность за выбор человеку, бросившему жребий (появление субъекта решения — самый важный элемент в этой истории; агент волевого поведения появляется в момент манифестации решения; агент и решение существуют в одной структуре, их нельзя помыслить раздельно). Слова «я принимаю решение» становятся основанием для важных событий, которые произойдут в будущем. Благодаря произнесенной фразе человек принимает на себя обязательства по поводу факта принятия решения. Можно сказать, что высказывание о жребии реализуется в рамках совместной деятельности, которую мы далее и будем называть практикой свободы воли. [самый важный момент: слова «Смотрите, я принимаю решение…» вводят в рассмотрение Других, зрителей, общество, которое осмысливает всё последующее и «закрепляет» своей реакцией. Вне общества, ответственность волящего перед ним за последствия и общественной реакции на действия волящего субъекта волевой акт невозможен, для проявления свободы воли одного индивида недостаточно. Как, впрочем, для проявления всех прочих свобод, переживаний и чувств. В.К.]

Действие бросания жребия, как мы уже говорили, непроизвольно. Человек не мог не бросить жребий. Представьте себе, что вождю предстоит принять важное решение относительно переселения племени. Ритуал предписывает ему обратиться к жребию. Вождь говорит: «Смотрите, я принимаю решение». Это самая важная составляющая в действиях вождя. Произнося фразу, вождь превращает себя в субъекта решения (с далеко идущими последствиями). В рамках описываемой здесь культуры к словам вождя будут апеллировать в определенной ситуации и с определенной целью. Соплеменники будут приписывать ответственность за выбор вождю, т. е., к примеру, прогонят его, если выбор окажется в итоге неудачным, или «зауважают» (если удачным).

Исполнение выпавшей участи психологически неотвратимо. Возможно, у вождя были основания в пользу (или против) переселения. В этом случае мы можем сказать, что жребий придал силу некоторым основаниям. Следуя терминологии Джона Сёрля, лучше сказать, что сам человек придал силу основаниям. Акт решения, о котором говорит Сёрль, предстает здесь перед нами в своей развернутой простейшей форме.

Чего со всей очевидностью не делал робот, приводящий в действие рулетку в голове? Робот не присваивал действие выбрасывания жребия. В этом заключается разница между роботом-птицей и человеком.

Наш воображаемый оппонент может пойти дальше и спросить: «А нельзя ли и робота включить в эту культурную практику, практику свободы воли?» Ну что тут можно ответить? По всей видимости, можно. Но практически это не так легко сделать. Робот должен обладать многочисленными качествами, к которым оказывается чувствительна культура данного конкретного племени. Такую ситуацию порой пытаются описать в фантастических произведениях. В качестве примера здесь можно привести произведение Станислава Лема «Солярис» и снятый по этой книге Андреем Тарковским фильм. Конфликт между Сарториусом и Крисом как раз и заключается в том, принимать ли за «своего» Хари — существо, созданное Океаном по подобию человека. Если мы встанем на сторону Криса, который вошел с Хари в эмоциональный контакт, нам придется приписать Хари свободу воли. Ситуация, описанная в этом произведении, далека от типичной для нашей культуры. Человеческая культура попросту не готова к тому, что происходит на Солярисе — путь, по которому пошел Крис, в какой-то момент приводит его в ситуацию абсурда. Кажется, что из этой ситуации нет «правильного» выхода.

Практика индивидуального решения

Чтобы добраться до сути дела, нам необходимо реконструировать ситуацию, в которой функционирует практика свободы воли. Следует представить себе культуру, в которой практикуется принятие решения отдельными индивидами.

Представим себе, что группа попадает в ситуацию, из которой ведут два альтернативных пути. Речь идет о событиях, в которых должны принять участие все участники группы, но, возможно, действие должен осуществить один из них, при том что действие это оказывается значимым для всей группы. В таком случае выбор альтернативы может стать предметом особой совместной деятельности. Если в животном мире выбор осуществился бы «сам собой» (в борьбе стимулов А и B), то здесь разрешение задачи развивается по схеме, центральным звеном которой является принятие решения одним из индивидов. Человек, которому предстоит принять решение, определяется согласно его статусу или по стечению случайных обстоятельств. Процедура сводится, допустим, к жребию. Человек произносит: «Смотрите, я принимаю решение» (или что-нибудь в этом роде) и кидает игральные кости. Присваивание обеспечивается строгим соблюдением разработанного с этой целью ритуала. Выпавшая участь становится тем выбором, который принимается группой или действующим участником. Факт решения вписывается в личную историю человека, бросившего жребий. Обратите внимание, что все звенья этой цепи носят естественный и «предсказуемый» характер.

В чем заключается эволюционное преимущество такой схемы? Как будет протекать апелляция к факту выбора? В чем эта апелляция будет заключаться?

Практика свободы воли является усложнением процедуры выбора, и может показаться, что само предприятие от этого усложнения нисколько не выигрывает, ибо объективно, как мы теперь понимаем, выбор определяется слепым случаем, вероятностью игральной кости. Не будем, однако, торопиться с выводами.

Может ли процедура жребия в действительности оказаться эффективной в прямом смысле этого слова? Позволяет ли эта процедура выбрать «лучшее» решение?

Именно таким практическим смыслом ограничивается функция жребия в теории высших психических функций Выготского. Согласно этой точке зрения, жребий работает в тех случаях, где другие механизмы пасуют. Вспомним, например, случаи истерики у собак профессора Павлова. Порой лучше выбрать один из вариантов и начинать действовать, чем находиться неоправданно долго в замешательстве.

Такой подход, однако, умаляет роль жребия в структуре волевой практики и идет вразрез с нашим общим направлением мысли. Как мы уже отмечали, техническая реализация жребия не требует присваивания, не требует практики индивидуального решения. Если роль жребия ограничивалась бы только этим непосредственным практическим аспектом, этот механизм мог бы сложиться в ходе эволюции вне связи с практикой воли и личной историей существ. Можно даже предположить, что механизмы, аналогичные жребию, функционируют в бессознательных структурах животного поведения, хотя мы и не можем привести здесь подходящего примера.

Мы считаем, что экологический смысл описываемой процедуры связан в первую очередь с присваиванием, ответственностью и практикой индивидуального решения. Именно формы взаимодействия между соплеменниками, связанные с возможностью апеллировать к индивидуальному решению, несут на себе основную нагрузку. Нам следует говорить об эффективности практики свободы воли, для которой сам жребий является необязательным элементом — всего лишь одним из возможных инструментов «выбора».

Решение индивида становится фактом его личной истории. Вместе с исходом предприятия это решение оказывается либо «верно», либо «неверно» принятым решением. Такой факт может иметь далеко идущие последствия. В случае успешного выбора могло бы произойти повышение статуса человека, принявшего решение. Таким образом, подобная структура принятия решения могла бы стать эффективным механизмом построения иерархии в группе, иерархии, которая в широком смысле слова определяет жизнь деревни. Уже по этой причине группы, практикующие свободу воли, оказались бы в целом более успешными.

Разумеется, последнее рассуждение является лишь одной из возможных гипотез, какую выгоду могли бы приобрести группы, практикующие свободу воли. Разумно предположить, что выдвижение на высшую ступень иерархии опытного человека является экологически целесообразным, но процедура жребия, как мы понимаем, безразлична к индивидуальному опыту персоны, принимающей решение. Трудно разобраться в этом вопросе, не изучив подробно, какими бывают типы иерархии и какую роль иерархия может играть при том или ином образе жизни. Но не будем забывать, что жребий — это только одна из возможных процедур выбора, которая может быть встроена в структуру практики индивидуального решения. Жребий — удобная модель для рассмотрения, но место жребия в этой структуре может занять и будет занято впоследствии другим механизмом.

Аргумент «от эпифеноменализма»

В этой заключительной части статьи мы намерены провести параллель между философским определением свободы воли и механизмом индивидуального решения. Удивительным образом теория рациональных действий, представленная Джоном Сёрлем [3], соответствует представлениям Выготского о волевом акте.

Прежде всего нам следует выявить место разрыва (о котором шла речь в начале статьи) в схеме практики индивидуального решения. Мы представили ранее, что у вождя племени, принимающего решение, есть основания как в пользу переселения, так и против. В теории Джона Сёрля утверждается, что этих оснований еще недостаточно для действия (разрыв). Вождь племени сам должен придать этим основаниям силу в результате волевого акта, природу которого Сёрль не разъясняет.

В случае с практикой индивидуального решения мы также видим, что наличие оснований еще не является достаточной причиной для действия, так как процедура выбора предполагает еще и жребий (или другую подобную процедуру), который придает этим основаниям силу. Это и есть разрыв. Таким образом, проясняется техническая сторона проблемы разрыва. Практиковать свободу воли означает манифестировать этот разрыв. Некто говорит: «Я могу поступить так, но могу иначе. В некоторый момент я решу, как поступить». Манифестация разрыва служит необходимой частью ритуала, обеспечивающей присваивание.

Джон Сёрль выбирает между бордо и бургундским [3]. Допустим, что нейробиологическое состояние мозга в момент t1 и набор восприятий определяют всю дальнейшую цепь событий. Зачем же нам потребовались психологические процессы рационального принятия решения, предполагающие разрыв? Мы могли бы представить на месте философа электромеханического робота. Пожалуй, и робот справился бы с задачей выбора — в конце концов, у него в «руке» оказался бы один из бокалов. Если выбор бокала считать единственной целью процесса, в котором Сёрль проявляет свободу воли, мы действительно сталкиваемся с избыточностью процедуры. Сознательные процессы принятия решения и манифестация разрыва излишни. Но является ли выбор бокала единственной целью институции свободы воли?

Что можно вынести из этого примера? Пожалуй, только то, что пример с двумя бокалами вина, взятый в своей изолированной, абстрактной форме, не является случаем, где свобода воли проявляет себя в полную силу. Здесь мы имеем дело всего лишь с одним из осколков развернутой формы.

Представим Джона Сёрля в компании других исследователей, достойных ценителей французских вин. Один из них говорит: «Друзья мои, сегодня наш уважаемый коллега выбрал бургундское. Это был сложный выбор. У Джона превосходный вкус». Джону Сёрлю нечего возразить — он действительно сделал сознательный свободный выбор. Действие было вписано в его личную историю. Это не то же самое, как если бы один из бокалов просто оказался бы в его руке. Факт встроен в картину мира исследователя, причем как факт собственного свободного выбора. И застольная беседа, приведенная нами выше, это только скромный пример разворачивающейся практики, совместной деятельности, апеллирующей к факту индивидуального решения. Теперь философ по праву может сослаться на свой сознательный свободный выбор и даже обсудить в своей книге на его примере проблему свободы воли.

При построении своей теории Сёрль мимоходом заявляет, что размышление и предварительные намерения нужны нам для того, чтобы регулировать наше поведение. С аргументом философа об эпифеноменализме следовало бы согласиться, если только допустить, что изощренная и чувствительная система рационального принятия решения предназначалась для регулирования индивидуального поведения в ситуации Робинзона Крузо. Но этот посыл не является верным.

В примере с двумя бокалами вина мы, казалось бы, не видим никакой совместной деятельности. Однако это обманчивое впечатление. Намерение в действии «Пожалуй, я выберу бургундское» позволяет апеллировать к факту свободного выбора. Эта апелляция развернется в какой-нибудь совместной деятельности. Если допустить невозможность подобного развития событий в будущем, нам придется рассматривать этот акт воли как осколок от некогда функционирующего целого.

Следует заметить, что если бы Джон Сёрль в момент выбора бокала на минутку остался один в своей комнате, это ничего не изменило бы. И в одиночестве философ смог бы произвести сознательный свободный выбор. Если бы он заявил позже о своем выборе коллегам, был бы ими понят. Возможно, попав на необитаемый остров, Робинзон Крузо продолжал бы вести себя «в прежнем стиле». Но манифестация свободы воли работала бы тут впустую. Испытывал бы Робинзон Крузо разрыв? Без сомнения, до тех пор, пока оставался бы человеком.

Заключим наш анализ следующим обобщением. В конечном счете практика свободы воли, разумеется, отвечает за эффективность взаимодействия группы и ее индивидуальных представителей с окружающей средой, но способ, с помощью которого добиваются этой эффективности, не является прямолинейным, вопреки мнению сторонников аргумента «от эпифеноменализма». Для осуществления этой эффективности вовсе не требуется разрушать нейробиологическую причинность «здесь и сейчас». Практика свободы воли обусловливает эту эффективность загодя и опосредованно, путем ли создания эффективной иерархии в группе или, как вариант, отбором типичных оснований, которыми будет руководствоваться рядовой представитель данный культуры, и отбором обязательной процедуры «взвешивания» этих оснований [2, с. 180].

Такой в общих чертах видится нами согласованная картина, включающая в себя как феномен свободы воли (с присущим для нее разрывом), так и детерминистский характер «естественных» процессов.

Заключение

Практика индивидуального решения сложилась в ходе эволюции культурных практик и имела свое экологическое значение. Удобно было бы представлять эту практику как «изобретение» (или «находку») эволюции. Отметим, что центральным событием во всей этой истории стало формирование субъекта волевого поведения. В этом смысле невозможно отделить историю свободы воли от другой истории. Формирование практики свободы воли есть только одна нить (причем очень важная) в грандиозном полотне, одна из линий формирования институции личной истории [2].

Литература

  1. Выготский Л. С. Собрание сочинений: В 6 т. Т. 3. М., 1983.
  2. Маркевич В. В. Психология личной истории. Рига. 2009.
  3. Сёрль Дж. Рациональность в действии. М., 2004.

http://psyjournals.ru/kip/2011/n1/39630_full.shtml

То есть фактически, свобода воли - не эволюционное, а социальное "изобретение", такой способ "выращивания субъектов", действующий там и тогда, где есть не только культура, но и история, и связанная с ней память ("История деяний...").

Tags: , , , , ,

58 comments or Leave a comment
Comments
nashev From: nashev Date: February 12th, 2013 03:33 pm (UTC) (Link)

Я правильно понял?

Итого: Манифестация наличия свободы воли у людей - это такой способ на соответствующем уровне абстракции (в социальных отношениях) назначить людей ответственными за их собственные поступки, что даёт возможность обществу делать из поступков выводы о свойствах этих людей и в итоге обеспечивает социуму возможность отбора индивидуумов, совершающих более удачные поступки, под удобным предлогом "сам виноват".

Иначе говоря, введя понятие "свобода воли", можно говорить "пошёл вон, ты сам виноват" вместо "пошёл вон, наследственность и те условия среды, в которых ты формировался, тебя сформировали плохим, и ты опасен, ты не правильно устроен". И всё...
wolf_kitses From: wolf_kitses Date: February 12th, 2013 06:14 pm (UTC) (Link)

Re: Я правильно понял?

нет идея свобода воли нечто новое добавляет к уже имеющимся человеческим качествам - принятие решений, изменяющих твои и/или общие условия жизни, -= а не просто селектирует имеющихся человеков на годных и негодных
yurvor From: yurvor Date: February 12th, 2013 05:16 pm (UTC) (Link)
"Следует, однако, признать, что это дополнительное обстоятельство нисколько не продвигает нас в решении парадокса свободы воли. Представим, как поезд движется вдоль железнодорожной ветки; мы находимся в кабине машиниста; впереди развилка. Если раньше железнодорожная стрелка была жестко зафиксирована в одном из двух положений, то теперь она управляется фундаментальным квантово-механическим законом, и с вероятностью 1/2 при подъезде локомотива принимает одно из двух положений. Теперь я не могу предсказать, где окажусь через минуту, но у меня как не было свободы выбора, так и не появилось. "

Неправильная логика - вернее, тут вообще логики нет. Дело в том, что в квантово-механической аналогии "развилкой" является сам момент выбора решения. Пусть у меня есть два варианта решения некоего вопроса (те самые два продолжения жезнодорожного полотна). И пока я не знаю, какой вариант выбрать, мой "поезд" находится _до_ стрелки. И может там находиться довольно долго. Процесс обдумывания решения - это процесс смещения вероятностей. А тот момент, в который я принимаю решение - это и есть момент перехода (проезда стрелки). После него я уже знаю, какое решение принял.

Проблема с данной аналогией в том, что мы уверены, что принимаем "разумное" решение путём размышления. На самом деле мы сначала принимаем решение, а потом придумываем для него логичное объяснение, только происходит это придумывание довольно быстро, и сам процесс придумывания не заметен, скрыт от наблюдения.

Ну а в полностью детерминистском мире свобода воли представляет собой парадокс, разрешения которому найти невозможно.

Edited at 2013-02-12 05:20 pm (UTC)
wolf_kitses From: wolf_kitses Date: February 12th, 2013 06:12 pm (UTC) (Link)
А откуда Вы это знаете? это чисто ваше мнение или есть некие объективные данные?
ведь такой вывод противоречит логике - ни учёный, ни обыватель не могли бы таким путём "добыть" новое знание, лежащее в основании решений,
которых раньше не было; только комбинировать из старого
vlad_kosarev From: vlad_kosarev Date: February 12th, 2013 07:25 pm (UTC) (Link)
Я бы предложил такое определение воли - это способность быть последовательным в выполнении своего решения, способность добиваться его выполнения. То есть механизм перевода решения из моделируемого мозгом мира в мир реальный. И часто это необходимо делать, преодолевая сопротивление внешнего мира, то есть выбирать не самое простое решение, но "правильное" решение, которое принесед дивиденды в будущем, а не немедленно.
socio_logic From: socio_logic Date: February 12th, 2013 07:44 pm (UTC) (Link)
Я бы уточнил, что способность быть последовательным в выполнении своего решения - это способность сохранять свой мозг в том состоянии, в котором было принято это решение. Как только это состояние изменится, мозг все переиграет, приоритеты изменятся и попытка начать с понедельника новую жизнь завершится очередным пшиком.
socio_logic From: socio_logic Date: February 12th, 2013 07:33 pm (UTC) (Link)
Простите дилетанта, но, размышляя над данной проблемой, я пришел к выводу, что свободы воли "вообще" не существует. В каждый момент времени человек (вообще, любое живое существо, обладающее нервной системой) осуществляет действия, обусловленные состоянием его мозга на текущий момент. В большинстве случаев действия вообще не воспринимаются как волевой акт, т.к. мозг действует, так сказать, по главной программе, но иногда в мозге происходит конфликт, сталкиваются несколько равно приоритетных задач или одна и та же задача требует разных вариантов поведения ("буриданов осел"). Из этих ситуаций мозг, как правило, после каких-то колебаний так или иначе выходит, т.к.состояние неравновесное и один из стимулов рано или поздно возобладает. Но причем тут "свобода воли"? Голодный пес тоже может разрываться между интересом к куску мяса и пробегающей неподалеку сучкой. Он тоже обладает свободой воли? А греющийся на солнце краб, решающий в данный момент шевельнуть клешней?
nashev From: nashev Date: February 13th, 2013 09:54 am (UTC) (Link)
Если я всё же правильно понял, свобода воли - это понятие определённого уровня абстракции в наиболее популярной модели социума.На уровне нейронной активности его нет, а на уровне общепризнанной нынче модели социального регулирования взаимодействий оно есть.

Примерно так же, как понятие "температура": мы все ужа давно знаем, что есть лишь хаотическое движение молекул с разными скоростями, но на определённом уровне абстракции удобнее говорить в терминах температуры, объёма, давления, плотности и т.п. Так и свобода воли: все мы знаем (не все соглашаются, правда) что мозг детерминирован своим состоянием, но на некотором уровне удобнее говорить "он принял такое вот волевое решение", "он так решил" чем "в его мозгу противодействовали стремления к разным действиям, но наиболее сильным оказалось одно из них, и в итоге у него сложилось такое вот решение".

Отсюда, в частности вывод: про крабов тоже можно говорить "он решил", и об их свободе воли. Но так же как и про людей - лишь в определённых (соответствующих) контекстах. В частности, абстрагировавшись на это время не только от не очень явной механистичности деятельности нейронов, от явной механичности рефлексов, заставляющих краба шевельнуть клешнёй при застое или перегреве внутренних жидкостей.
evgeniy_kond From: evgeniy_kond Date: February 13th, 2013 05:25 am (UTC) (Link)

Из старых комментариев

//К сожалению, оппонент самоликвидировался, поэтому монологом:

Стоит ли говорить, что прыгун, устанавливающий высоту своей планки на соревнованиях, пользуется "генератором случайных значений"? Это ли основное в данном проявлении свободы воли?
Свободен ли человек, который никому не нужен? (тот же безработный)
Другой каждое утро встает на работу. Свободен ли он, когда употребляет волевое усилие, чтобы не проспать?
Или свободен только глупый ребенок, который спит, сколько хочет?
...
Вернемся к моему примеру: неужели вам не доводилось прыгать в высоту? Разве вы не проявляете свободу воли, устанавливая себе планку? И то же самое в переносном смысле на протяжении всей жизни.
...
"Я с большой охотой прыгаю в высоту"
Вы упорно не понимаете, что дело не в охоте, которой может и не быть: Должно быть, многим спортсменам их занятие представляется мучением - тут уже видно их отличие от кошек. Я вам указываю на момент выбора - когда некто устанавливает для себя планку. Хотя его выбор и не произволен (и чем выше класс прыгуна - тем менее он произволен), тем не менее он - свободен. И более того - чем менее произволен, тем более свободен.
wolf_kitses From: wolf_kitses Date: February 18th, 2013 08:27 pm (UTC) (Link)

Re: Из старых комментариев

да, я примерно также думаю
ar_de_man From: ar_de_man Date: February 13th, 2013 05:43 am (UTC) (Link)
"Если мы будем придерживаться детерминистского подхода, то увидим, что состояние физической системы в момент времени t1 и законы природы однозначно определят состояние системы в последующий момент времени t2. Несогласованность двух озвученных позиций и является предметом дискуссии, в которой мы намереваемся принять участие" - Может не надо придерживаться этого подхода когда обсуждаем свободу воли?

Свобода воли - религиозный термин, и непродуктивно пытаться обсуждать его механизмы научно. Как только наука определяет механизмы свободы воли, так немедленно исчезает само понятие свобода воли, все превращается в однозначно детерминированное поведение, какими сложными не были бы механизмы - мотивы, включая жребий.

Либо свобода воли есть и она религозна по сути(необъяснима, иначе говоря, можно приписать любую квантовость или что еще), либо наши решения не имеют ничего общего со свободой воли

Edited at 2013-02-13 06:21 am (UTC)
wolf_kitses From: wolf_kitses Date: February 18th, 2013 08:29 pm (UTC) (Link)
Свобода воли - религиозный термин, //
как видно из ссылок, это просто неверно, и плодотворное естественнонаучное обсуждение (включая полевую антропологию/культурогию) более чем продуктивно. А вот зацикленность на физических системах - наоборот
karasya From: karasya Date: February 13th, 2013 01:23 pm (UTC) (Link)
"Возможно, попав на необитаемый остров, Робинзон Крузо продолжал бы вести себя «в прежнем стиле». Но манифестация свободы воли работала бы тут впустую. "

Почему впустую? В первую очередь она, как мне кажется, работает не для окружающих, а для себя. Если человек знает, что это "он сам принял решение", он к нему по-другому относится.
eovin2 From: eovin2 Date: February 13th, 2013 07:41 pm (UTC) (Link)
"Мы не могли бы назвать свободу воли иллюзией в этом смысле. Отказываясь от свободы воли, мы должны отказаться от чего-то очень важного, по сути дела, отказаться от самих себя. Можно было бы рассмотреть различные аргументы, выдвигаемые против существования разрыва, но немыслимо было бы всерьез принять такую позицию."
То есть свобода воли существует потому, что нам очень сильно хояется, чтобы она была.
Некомильфо как-то, ИМХО.
nashev From: nashev Date: February 16th, 2013 09:41 am (UTC) (Link)
+1
nashev From: nashev Date: February 20th, 2013 09:33 am (UTC) (Link)
wolf_kitses From: wolf_kitses Date: February 20th, 2013 04:46 pm (UTC) (Link)
франс де ваал исследует таких животных, которые существенно ближе к нам, чем ко всем прочим животным. Уже низшие млекопитающие и птицы вполне "механистичны" или точней, "статистичны"
http://wolf-kitses.livejournal.com/106699.html
http://wolf-kitses.livejournal.com/4074.html
За ссылку спасибо
From: Fedor Mikolakhin Date: May 26th, 2013 10:33 pm (UTC) (Link)

О свободе воли и жребии - пример из книги "Ошибка Декарт

Относительно свободы воли и выбора в смысле НЕ социальном, а сугубо персонально-профитном ..

Очень интересный пример я нашел в реферате от GetAbstract книги Antonio Damasio "Descartes' Error".
Процитирую его как есть, т.к. боюсь не справиться с корректной семантикой "выбора", "решения" или "определения" - а это существенный нюанс в подобном обсуждении.

The prefrontal cortex also is involved in classifying experiences as either (roughly speaking) “good” or “bad” for the organism. Finally, it connects to the brain systems that control motor and chemical responses.
Because of this, the prefrontal cortex is ideally constructed for reasoning about personal situations, precisely the kinds of tasks that were problems for Gage and Elliot.
The essence of reasoning is deciding among alternatives. Indeed, many scientists treat the terms “reasoning” and “deciding” as synonyms. To figure out choices, the brain collects knowledge, some actual and some hypothetical. This includes factual knowledge about the world “out there” beyond the brain, past experiences and the current state of the body. The brain then “considers” the options, meaning that it orders and ranks possibilities by some criteria, factoring in the consequences of the various alternatives. This type of reasoning, while similar to conscious deliberation, may occur entirely outside of awareness, resulting simply in a “gut feeling” that you ought to prefer a particular choice. Though it often occurs in the background, such reasoning is essential to normal human functioning.
Patients with damage to the prefrontal cortex are unable to engage in this kind of reasoning because one aspect of the system is missing. For instance, a patient with prefrontal damage had an appointment with researchers at an Iowa laboratory. It was winter. The patient drove to the lab on an icy road where cars had been sliding into ditches. Upon arrival, he told the researchers how he saw another driver skid. Instead of calmly turning the wheel in the proper direction to “drive out of the skid,” that driver hit his brakes and went off the road.
The patient coolly recounted the incident and mentioned that he drove on placidly and rationally, and didn’t panic on the icy road. Unperturbed by emotion, he seemed to have an advantage over other drivers.
!!!
But later, when he needed to schedule his next appointment at the lab, he had to choose between two dates a few days apart. He spent almost 30 minutes going through a tedious cost-benefit analysis about which date was better, unable to choose.
!!!
When the researchers finally tired of this and gave him a date, he accepted it without question. This patient, like Gage and Elliot, was missing the ability to produce “somatic
markers” that allowed him to feel which alternative he should choose.
...
Without an emotional “push” one way or the other, the patient got stuck in a loop when he tried to make his next appointment, continuing to deliberate “rationally” over a trivial decision.

В общем, при предположении, что автор не ошибся, даже если и не вспоминать про такие замечательные вещи, как cognitive biases, нейромаркетинг и прочие недавно открытые радости, то со свободой воли в смысле чисто интеллектуальном у нас туговато, а "жребий" в подсознание все же встроен.
Еще один шаг к детерминизму, разбавленному генератором случайных чисел.
Правы в целом буддисты - нет никакого "Я" как стабильной сущности, да и судя по всей доступной инфе .. "волящий субъект" зачастую получается/возникает, ретроспективно и ниже сознательного уровня путем рационализации/оправдания/принятие факта субъективной реальности.
58 comments or Leave a comment