Вольф Кицес (wolf_kitses) wrote,
Вольф Кицес
wolf_kitses

Categories:

про антропогенные изменения климата

Здесь я хочу суммировать все не-метеорологические данные в пользу гипотезы антропогенных изменений климата (то есть основанные не на измерениях метеостанций, а на данных других естественных наук), которые в совокупности образуют характерный синдром, заставляющий меня быть сторонником этой гипотезы. Почему не-метеорологические данные здесь не только «тоже важны», но и не менее важны, чем собственно измерения температуры/влажности/выбросов парниковых газов и т.п.?

Во-первых, потому что всякое природное явление комплексно, и вывод о том, идёт ли разогрев атмосферы и вызван ли он человеческой деятельностью по сжиганию топлива и уничтожению естественных экосистем, можно делать лишь в случае, когда разнородные данные разных наук рисуют нам одну и ту же картину, только показывают нам её разные аспекты. Если такую целостную картинку происходящего вдруг не удаётся собрать, или какая-то категория данных оказывается лишней, дело плохо, даже какая-то одна из привлечённых к анализу наук (обычно самая технически развитая, компьютеризированная и математизированная) рисует картину чёткую и ясную.

 

Во-вторых, климатическая машина, возникающая из взаимодействия океана, атмосферы биосферы и солнечных влияний – система сложная (в кибернетическом смысле). А человек ещё добавляет сложности, дестабилизируя её с двух сторон – с одной стороны выбросом парниковых газов, о чём все знают, с другой – прогрессирующим уничтожением естественных экосистем, реакция которых по принципу отрицательной обратной связи могла бы смягчить происходящее, но с каждым годом для этого всё меньше возможностей (о чём мало кто думает). Для сложных систем характерна контринтуитивность поведения типа прутковского «Ударь кобылу в нос – она махнёт хвостом».

Типичный пример – поскольку сейчас на земле криоэра, и высокие широты обогреваются тёплыми течениями типа Гольфстрима и Куросио, происходящее потепление обязательно будет перемещаться с периодическими похолоданиями, поскольку таянье арктических льдов, ледников Канады и Гренландии создаст массы холодной пресной воды, которые будут периодически «перебивать» или ослаблять Гольфстрим. Так что на фоне общего тренда потепления осмысленно ждать периодического возврата холодов, таких, с сырыми снежными бурями, сильными ветрами и пр.; механизм образования таких «вихрей холода» как раз показывает, что потепление продолжается, и в первую очередь в Арктике.

Другой пример – обычным утверждением в пользу безопасности происходящих климатических изменений является тот, что, мол, в геологическом прошлом концентрация парниковых газов поднималась значимо выше той, от которой сейчас предлагают спасаться, и ничего страшного не происходило, даже наоборот – Сахель и Сахара были саваннами с полноводными реками и пышной растительностью. Но тогда-то человек ещё не ликвидировал от трети до половины живого покрова планеты,  биомы Земли в полной мере сохранял свои гомеостатические свойства! А сейчас, нарушенные экосистемы, судя по всему, точно неспособны стабилизировать ситуацию и очень может быть, содействуют пуску её вразнос.

В третьих, регистрируемые изменения климата, помимо повышательного тренда среднегодовых температур, о котором вовсю трубят сторонники антропогенной гипотезы, содержат в себе многолетние и многовековые циклы, о которых мы, орнитологи и натуралисты, никак не смеем забывать. До начала антропогенных изменений климат претерпевал только периодические колебания, управляемые циклами солнечной активности и здесь, на земле, модулируемые процессами в экосистемах, в первую очередь умеренной и аридной зон.

Циклы изменений наполняемости бессточных озёр в аридной зоне, обводнённости – заболоченности речных пойм в зоне умеренной и «колец» водной и околоводной растительности внутри них/около них регулирует запускающие их циклы солнечной активности, придаёт им большую устойчивость, немного иную периодичность и т.п. Если коротко, в норме, без антропогенных возмущений, примерно 3 раза в столетие и 3 раза в тысячелетие климат периодически менялся с прохладного-влажного на тёплый–сухой, это вызывало соответствующие сдвиги «полос» основных природных зон и «лент» интразональных местообитаний на карте материков и т.д. См. здесь, здесь и здесь.

Об этом детально пишет орнитолог В.Г.Кривенко в книге под скромным названием «Водоплавающие птицы и их охрана», поскольку циклические изменения климата вызывают циклические же изменения мозаики местообитаний и регулярные «прыжки» видовых ареалов птиц то к северу, то к югу (а иногда и в направлении с северо-востока на юго-запад, в зависимости от происхождения вида и его экологических предпочтений).

Для проблемы антропогенных изменений климата всё это означает, что гладкого роста температур не будет даже при гладком росте выбросов парниковых газов и гладком росте %% уничтоженных и антропогенно трансформированных естественных экосистем, будут периодические колебания на фоне чёткого повышательного тренда (см. также «во-вторых»,  действующее в том же направлении). Поэтому на коротких отрезках времени – до 5…10 лет – неблагоприятные изменения в природных сообществах, предсказываемые на основе гипотезы антропогенных изменений (или, наоборот, их отсутствие, следующее из альтернативных гипотез) будут показательней собственно температурных изменений, поскольку тут периодическая компонента может перерыть тренд.

В четвёртых, большинство метеостанций, производящих измерения температуры, влажности и т.п., находятся в развитых странах, то есть в умеренной зоне Северного полушария. Точек измерения в тропической зоне, в южном полушарии, на островах Мирового океана существенно меньше, и полученные временные ряды много короче, что делает выборку данных для получения «среднеземных» значений температур сильно смещённой в статистическом смысле. Уже поэтому одним изменением температуры не обойтись, нужны сопряжённые с ними изменения собственно климата, то есть осадков, влажности, ветров, и т.п. характеристик погоды.

Опять же, поскольку все эти параметры не независимы, а связанны друг с другом в целостную систему, то если предсказанные нами изменения действительно происходят, то они будет сопряжённо меняться, и один тип климата в соответствующих местностях будет превращаться в другой (скажем, более континентальный – в более морской, из-за смягчения зим и учащения сырых, холодных и дождливых лет). Эти типологические превращения, если уж они есть, легче заметить и легче интерпретировать, чем динамику отдельных метеоданных.

Итак, изменения в природных сообществах, следующие из гипотезы антропогенных изменений климата (частным случаем которой является пресловутое «глобальное потепление»), и необъяснимые (а часто и невозможные) в случае верности альтернативных гипотез.

1. Массовое обесцвечивание и гибель кораллов, непосредственно связанное с потеплением вод в тропической зоне. Важно, что последнее не обнаруживает периодических изменений, в отличие от динамики температуры «на севере» и «над водой».

2. Увеличение частоты и мощи тропических циклонов, понятным образом связанное с потеплением поверхностных вод.

3. Учащение приходов явления Эль-Ниньо – массива тёплой воды, вытесняющей холодное Перуанское течение и связанное с временным «обращением» областей повышенного и пониженного давления в Тихом океане, между Таити и Дарвином (это так называемое Южное колебания – изменения атмосферного давления, идущие в пару с перемещением массива тёплых вод, который собственно Эль-Ниньо). Также удлиняется продолжительность приходящих Эль-Ниньо. Тут надо учесть, что это локальное явление даёт глобальный климатический эффект по принципу домино – на южноамериканском побережье, где должно быть сухо, проливные дожди, во влажных тропика Индонезии – наоборот, великая сушь и сплошные пожары, ослабляется южноазиатский муссон, от чего во внутренней Азии сухо, холодно, и растут ледники и т.п. Это в Западном полушарии, а в Восточном роль аналогом Южного колебания является Северо-Атлантическое колебание (NorthAtlantic Oscillation, NAO), влияющее на засуху или обводнённость внутренних районов Евразии и температуры в Европе. Его периодические «инвертации» однотипны и тоже стали приходить чаще.

4. Появились сезонные колебания температуры и влажности (фактически зачатки «сухого периода» и «дождливого периода») в зоне экваториальных лесов в Африке и Южной Америке, которых раньше не было, и которых были присущи только более северной зоне саванн. Если дело так и дальше пойдёт, и эта новообразованная сезонность будет усиливаться, более чем вероятно распадение сейчас единой зоны тропических лесов на данных континентах на множество не очень крупных «островов», разделённых саваннами.

5. Практически исчезло охлаждающее действие мощных вулканических извержений. До середины 19 в. такие извержения, выбрасывая в воздух массу аэрозолей, усиливали поглощение солнечной энергии в атмосфере и в следующие год-два вызывали заметное похолодание по всей планете,  которое влияло на урожай зерновых, на динамику хлебных цен и т.п. Так, извержение вулкана Тамбора в Индонезии в 1815 году вызвал заметное похолодание в Европе (-ΔТ = 30С), и подорожание зерна. Более мощное извержение индонезийского вулкана Кракатау в 1883 году тоже отозвалось по всей планете, но уже послабее – среднеглобальная температура упала лишь на 1,20С. В 1968 г. похолодание после извержения вулкана Агунг в Мексике было едва заметным (-ΔТ = 0,280С), а извержение вулкана Пинатубо на Филиппинах в 1991 г. не вызвало заметного охлаждения вовсе. Следовательно, разогрев приземных слоёв атмосферы развивается так быстро, что становятся незаметными «охлаждающие скачки», вызванные вулканической деятельностью.

6. Направленные изменения ареалов ряда видов птиц в умеренной зоне северного полушария вместе со сдвигами широтных границ природных зон, объяснимые лишь на основе гомеостатической функции биоты и противодействия изменениям, связанным с выбросами парниковых газов и глобальным потеплением.

7. Сдвиг на более ранние сроки фенодат прилёта птиц, зацветания растений, начала брачной активности земноводных и т.п. признаков весеннего пробуждения природы (здесь, здесь, здесь, здесь и здесь). Особенно быстро и радикально эти процессы идут в арктических экосистемах, что естественно следует из «антропогенной» гипотезы; в случае циклических изменений климата, наоборот, именно в высоких широтах, в Арктике, те же самые циклы идут с меньшим периодом, чем на юге, то есть соответствующие симптомы там будут развиваться медленнее всего. Ну и вот это ещё со львами тоже показательно.

8. Потепление сильней проявляется в высоких широтах, чем в низких; в северном полушарии, чем в южном, зимой, а не летом. Если смягчение зим более чем заметно, и почти не показывает периодичности, то лета скорей становятся более холодными и сырыми, и здесь периодичность видна хорошо. Иными словами, во внутренних районах Евразии прежде континентальных климат меняется на всё более морской, климат неурбанизированных территорий – к климату ближайших городов. Точно также за последние 70 лет метеонаблюдений на территории северной Евразии среднее число дней со снежным покровом >1 см сильно упало, а вот число дней со снежным покровом >10 см. возросло. Или по всей земле идёт глобальное таянье ледников (которое само по себе объяснимо и без потепления, выпадением пыли из воздуха, с потемнением и уменьшением альбедо поверхности). Единственное исключение из этого правила – приморские ледники, на которые ветры приносят влагу, каких много в Норвегии; они во многих местах показывают рост, что явно связано с улучшением питания ледника, то есть с большей сыростью.

9. Прогрессирующее исчезновение льдов в высокой Арктике, также не показывающее периодичности вслед за температурой.

10. Прогрессирующее таяние вечной мерзлоты, выделение метана из метангидратов – в дополнение к выделяемому из «кольца свалок» вокруг крупных городов, оттаивающих болот и при пищеварении разводимого скота.

Коллег и читателей прошу добавлять пункты и критиковать список

P.S. И именно если гипотеза антропогенных изменений климата верна, попытка решить проблему потепления через ограничение выброса парниковых газов (Киотский протокол и последующие договорённости) особенно бессмысленна. Но зато на ней можно нажить денежки самым разнообразным организациям, контролировать промышленное развитие целого ряда стран и т.п. многообразные выгоды, почему эта идея и будет доминировать до тех пор, пока её недееспособность не станет явственной или пока все выгоды не извлечены. Что поделаешь, капитализм.

Очень разумным выходом (хотя не знаю, насколько практичным и экономически выгодным) является идея выводить лишний углерод из круговорота, пиролизом порубочных остатков на делянках, остатков с/хкультур на полях, и т.п. «лишней органики», остающейся при эксплуатации человеком лесов, лугов, полей и т.п., с последующими захораниванием глубоко на многие годы. К слову, выброс углекислого газа от «полезного» сжигания топлива примерно равен выбросу, который возникает от бесхозяйственной эксплуатации дикой природы, ведущей к её разрушению. Любая рубка,  прокладка дорог и т.п. осушение оставляют остатки растительности, которые гниют; посещение лесов и осушение болот приводят к пожарам, которые хотя бы каждый в отдельности длится недолго, а вот эксплуатация неглубоко залегающих угольных пластов часто приводит к пожарам, продолжающимся сотню лет и т.п.

P.P.S. Ещё хочу сказать пару слов по поводу недавней мерзкой истории со взломом серверов и кражей переписки климатологов. Понятно, что у любых профессионалов, работающих над задачей, будь то ученые, грузчики, лётчики или пожарные, вырабатывается собственный язык – или жаргон, и первое, что должна была показать  обвиняющая сторона – что использованные ею фразы были не таким языком, а именно умыслом к фальсификациям.

Собственно, специалисты знают, что фальсификации данных не было, публика, надеюсь, убедится в этом с некоторым запозданием. Ещё надеюсь, что в результате расследования таки выйдет на поверхность, что там произошло на самом деле, и в том числе, какой из (энергетических?) корпораций – или правительств нужен был столь выгодный инцидент непосредственно перед Копенгагеном, неуспех которого прибылен многим и многим.

Почему я так думаю? Потому что уже есть как минимум 2 безусловно доказанных случая подтасовки  научных данных с целью преуменьшить значение климатических изменений и антропогенный вклад в них (тыц и тыц; непонятно, правда, почему Американский институт предпринимательства назван «научной организацией»). Наверняка есть и ещё – я не очень слежу за новостями.

Но одно полезное дело этот скандал сделал – сделал предметом публичного обсуждения парадигмальность нынешней мировой науки, дошедшую до опасной степени, при которой существенно думать хором; кто думает иначе, исключается из обсуждения, даже если получает воспроизводимые результаты (про внимание к их идеям уже не говорю). Раньше-то об этом писали частным образом частные люди (пусть и столь известные в своей области, как Красилов и Олсон; в мягкой форме об этом сказано в п.2. здесь.), их мало кто слушал, а теперь, глядишь, сообщество в целом задумается, и выход найдёт, - я оптимист.

 

Tags: изменения климата, капитализм, наука, общество, орнитология, охрана окружающей среды, ссылки, экология
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 65 comments