April 8th, 2023

подлог данных о младенческой смертности в России?

Младенческая смертность в России с позиций достоверности ее регистрации
Л.П. Суханова1, Н.Н. Бушмелева2,З.Х. Сорокина3
1ФГБУ «ЦНИИОИЗ» Минздрава России, Москва
2Ижевская государственная медицинская академия, г. Ижевск
3ФГБУ Научный Центр акушерства, гинекологии и перинатологии им. акад. В.И. Кулакова, Москва

Резюме. При оценке регистрируемой официальной статистикой младенческой смертности динамика показателей в России выглядит вполне благополучной – снижается ее уровень в целом (с 17,8 на 1000 родившихся живыми в 1991г. до 7,4 в 2011г., или в 2,4 раза), неонатальной смертности (с 11,0 до 4,2‰, или на 61,8% за те же годы), преимущественно за счет детей первой недели жизни (с 8,9‰ до 2,8, или на 68,5%), а также постнеонатальной (с 6,8 до 3,3‰ – на 51,5%). При этом максимальные темпы снижения смертности детей 1 года отмечены за последнее десятилетие - с 15,3‰ в 2000г. до 7,4‰ в 2011г. В том, насколько реальны эти данные и насколько возможны такие высокие темпы снижения столь устойчивого демографического показателя, каким является младенческая смертность, возникают очевидные сомнения, подтверждаемые при анализе ее динамики, возрастной и весовой структуры.
Принципиальной особенностью смертности детей до 1 года в России, качественно отличающей ее от стран Евросоюза, является устойчивая тенденция снижения доли неонатальной смертности и соответственно увеличение постнеонатальной («постарение» смертности младенцев) - при противоположной динамике возрастной структуры младенческой смертности в странах ЕС, где снижение ее происходит за счет поздних потерь. Эта отечественная особенность динамики показателя обусловлена недорегистрацией умерших новорожденных. Существуют два механизма занижения показателя младенческой смертности – «переброс» умерших детей в мертворожденные, не учитывавшиеся в государственной статистике, или отнесение умершего ребенка к нерегистрируемым в ЗАГСе «плодам» («выкидышам», к которым в отечественной медицине - до 2011 года включительно - относились прерывания беременности в сроке до 27 полных недель). Выявляются оба эти «механизма» на основании очевидных структурных диспропорций числа живо- и мертворожденных, а также по диссоциации весовой структуры умерших – исчезновению детей пограничной массы тела (1000-1499г), «перебрасываемых» в нерегистрируемые «плоды». Объективным показателем «переброса» живорожденных детей в мертворожденные является также отсутствие (или неадекватно малое число) умерших в первые 24 часа после рождения.
Исходя из того, что уровень младенческой и неонатальной смертности в России искусственно занижается за счет детей 0-6 суток жизни и считая показатель постнеонатальных потерь более достоверным, чем уровень смертности новорожденных, можно, ориентируясь на соотношение постнеонатальных и неонатальных потерь в странах ЕС как более правильное, рассчитать величину МС по соответствующей пропорции.
В статье предлагается метод реконструирования младенческой смертности на основе использования постнеонатальной составляющей как наиболее надежно регистрируемой.
Ключевые слова. Младенческая смертность, неонатальная смертность, достоверность регистрации случаев смерти новорожденных, детей первого года жизни.
Collapse )
+ Л.П.Суханова. Репродуктивные потери как медико-социальная проблема демографического развития России
Доклад на 17 съезде педиатров России с международным участием "Актуальные проблемы педиатрии"
via zemleroi