June 8th, 2021

Как мы сдавали ЕГЭ


 

 

 

Артур Леснов

Предисловие редакции «Скепсиса»

Мы уже неоднократно публиковали материалы о реформе образования и, в частности, о ЕГЭ. Наши авторы не раз замечали, что «махинаций вокруг ЕГЭ не меньше, а то и больше, чем вокруг обычных экзаменов» (М. Лемуткина «Наивно утверждать, что ЕГЭ позволит получить объективный результат»). Специалисты-учителя в один голос подтверждали эту простую мысль. В частности, Сергей Волков, учитель 57-й школы и редактор газеты «Литература» писал:

«Если передо мной как родителем встанет такая перспектива, то я всеми силами буду стараться, чтобы моего средненького сынка как-то к ЕГЭ подготовить, чтобы хоть 60 баллов было, что ли. К кому я пойду? Да все к тому же репетитору (учителю, преподавателю, студенту — все равно, лишь бы дело понимал). И понесу я ему свои денежки — пусть уже не за поступление в вуз, а за натаскивание к ЕГЭ. <...> Так что об исчезновении репетиторства как системы подобной помощи (говорю сейчас не о тех, кто просто берет взятки за устройство в вуз) я бы разговоры оставил. Думаю, что такая система во многом выравнивает те провалы, которые очевидны в системе государственно-официальной в отношении детей». (Волков С. «По мере поступления»)

Учитель истории А.П. Шикман констатировал:

«Сторонники тестирования совершенно серьезно объясняют, что иначе невозможно бороться со взятками. Из чего следует, что экзамены придуманы в качестве наживки для уловления взяточников. А дети, вероятнее всего, необходимы лишь для успешной карьеры тех, кто подобную систему культивирует, решая очередную государственной важности задачу». (Шикман А.П. «Министерство образования вляпалось в историю»)

Все продается: от тестов до результатов экзаменов, — писал Антон Тюрин еще в 2006 году, опираясь на собственный опыт прохождения через «эксперимент ЕГЭ».

Система тестов не может не привести к росту коррупции в условиях капиталистического общества — это наглядно на примере американской системы образования показал выдающийся математик Игорь Шарыгин (еще на заре введения тестов в российское образование!):

«Там, где большие деньги и низкая квалификация создаются условия для коррупции, не может не возникнуть коррупция». (Шарыгин И. «Что плохого в тестах?»)

То, что ЕГЭ приведет к переносу коррупции с вузовского уровня на школьный, понимали даже чиновники. Об этом прямо говорил 2007 году А.А. Коробейников, член комитета Совета Федерации по международным делами:

«Социальная беда, которую несёт ЕГЭ, — это и перенос коррупции с вузовского на школьный уровень — со всеми утратами в плане нравственного воспитания детей и молодежи. Мы знаем, что в вузах учат за взятки, а теперь и в школах это будет». (Обсуждение закона о ЕГЭ в Госдуме)

Тот факт, что проведение «эксперимента ЕГЭ» в регионах не увенчалось успехом — общеизвестен. Никаких полноценных данных об итогах этого эксперимента общество не увидело — только восторженное очковтирательство чиновников. Никакого научного изучения этих результатов госструктурами проведено не было, но независимые исследования показали, что реальные результаты прямо противоположны официальным отчетам:

«Одним из аргументов введения ЕГЭ часто называют контроль качества образования и возможность образовательных учреждений, органов управления проанализировать результативность школ по подготовке учащихся. Конкретная практика проведения ЕГЭ свидетельствует об обратном. ЕГЭ, в нынешнем его виде, не оправдывает ожиданий ни как инструмент анализа уровня математической подготовки учащихся и ни тем более как инструмент повышения качества образования.
<...>
Система информации о результатах ЕГЭ оказалась поставленной “с ног на голову”: те, кто обладает исходными данными (ФИПИ), проанализировать их не могут. Те, кому информация необходима в первую очередь, прежде всего учителя, её почти лишены. Аттестационные отметки и тестовые баллы, которые в лучшем случае доводятся до учителей, ничего не сообщают о реальных проблемах школьников». (Нуриева Л, Киселев С. «
Единый государственный экзамен и проблемы его анализа»)

Всё это чиновники Минобраза знали. Это знал бывший министр г. Филиппов. Это знает нынешний министр г. Фурсенко. Это знает один из ведущих разработчиков и проводников ЕГЭ — г. Болотов. Всего этого не могли не понимать массы чиновников и псевдоэкспертов, занимавшихся «информационной поддержкой» ЕГЭ. Таким образом, невозможно не придти к очевидному выводу: государство в лице этих конкретных деятелей министерства образования сознательно обманывало население с целью развала советской образовательной системы и превращения образования в коммерческое предприятие. О том, зачем это делалось — читайте в интервью Б.Ю. Кагарлицкого «Мы слишком много знаем...» и статье И. Смирнова «Зачем крепостному фехтование?».

А сейчас мы предлагаем вам статью, которую прислал в редакцию обычный школьный учитель из российской провинции. И материал этот ярчайшим образом подтверждает всё вышесказанное: чего гг. «реформаторы» сознательно добивались — то и было осуществлено.

***

О ЕГЭ сейчас не говорит или хотя бы не думает только ленивый. Мнений много, но все можно свести к двум точкам зрения: ЕГЭ — это зло; её поддерживают, в основном, педагоги, ЕГЭ — добро и благо, так считают почти все чиновники от образования. Позиция родителей размыта и противоречива, они либо не имеют своей точки зрения (сказали — будем сдавать, ничего не поделаешь), либо примыкают к одному из противоборствующих «лагерей». Но я отнюдь не собираюсь рассматривать «плюсы» и «минусы» ЕГЭ, об этом и без меня сказано море, хотя свою точку зрения я выскажу ниже.

 

Collapse )