Вольф Кицес (wolf_kitses) wrote,
Вольф Кицес
wolf_kitses

Categories:

Теленасилие и агрессия-2: психология массовых коммуникаций

Начало здесь

Второй пост посвящён уже непосредственно влиянию телеагрессии – то есть использованию теории социального научения Бандуры для лабораторных исследований моделирующего эффекта насилия на экране также, как это исследовалось с куклой Бобо, и исследованиям в области психологии массовых коммуникаций – как жестокие зрелища влияют на обывателя и влияют ли вообще.

После экспериментов с куклой Бобо Бандура в 1965 году исследовал, будут ли дети имитировать телевизионные агрессивные модели. Дети наблюдали агрессивную модель по телевидению при одном из трёх следующих условий: модель либо наказывают за избиение куклы Бобо, либо награждают, либо ни к каким последствиям для модели учинённая ею расправа над куклой Бобо не приводит. Результаты исследования показали, что дети, наблюдавшие вознаграждение телевизионной модели за её агрессию в отношении куклы, сами были склонны вести себя агрессивно некоторое время спустя (со значительным последействием) уже по отношению друг к другу, а не к кукле. То есть, успешное осуществление насилия, вознаграждающееся по ходу фильма, служит мощным средством передачи агрессивных действий пассивно наблюдающим детям, побуждает их аналогичным образом агрессивно действовать по отношению к другим, часто даже без повода. Хороший пример – папа, оставшись посидеть дома с двухлетней девочкой, занимал время игрой в бокс с компьютером и неожиданно получил несколько оплеух, поскольку дочь, обиженная невниманием, стала тоже наблюдать игру, и в конце концов применила наблюдаемое на практике.

 

 

Bandura A., 1965. Influence of models reinforcement contingencies on the acquisition of imitative responses// J. of Personality & Social Psychology. Vol.1. P.589-595.

Измерение жестокости

Реальность СМИ, воспринимаемая зрителем, в особенности телевидение и кино в Соединенных Штатах, довольно жестока. Приблизительно в 60% американских телепрограмм и 90% телефильмов встречаются сцены драк и насилия (National Television Violence Study, 1997). В телевизионных программах США показывают 5 актов насилия в час в вечернее время и 18 актов насилия в дневное время по выходным. Очень много сцен насилия в мультфильмах, в них в среднем происходит 26 актов насилия в час (Gerbner& Gross, 1980 Huston et al., 1992). На каждые 10 мужчин - насильников и преступников в вечерних фильмах и сериалах приходится 11 мужчин - жертв. На каждые 10 жестоких женщин приходится 16 жертв (Gerbner, Gross, Signorielli & Morgan, 1986). В новостях, музыкальных видеоклипах, рекламе, на первый взгляд неагрессивных программах, также достаточно часто встречается жестокость и драки (Sherman & Etling, 1991). Компьютерные игры в большинстве своем (85%) - кровавое и жестокое развлечение (Funk, 1993 b Provenzo, 1991).

[Было бы интересно знать сравнительные цифры по жестокости телевидения и кино в других странах, и в особенности в нашем богоспасаемом Отечестве. Почему-то кажется, что наше Крим-ТВ НТВ по жестокости сопоставимо с американским образцом, а Первый-Второй каналы превзошли его в глупости. Буду признателен если кто из френдов даст цифры насилия на экране. Вообще, исследовал это кто-нибудь? – wolf_kitses]

При всей значительности опытов Бандуры, их не обошла стороной критика. Критиковали главным образом за искусственность и за то, что их результаты вряд ли можно было распространить на "реальную жизнь".

Однако эксперименты, проведенные впоследствии в полевых условиях, а не в лаборатории, подтвердили эффект моделирования (Centerwall, 1989 а, 1989 b, 1993 Huesmann, Lagerspetz & Eron, 1984 Joy, Kimball & Zabrack, 1986 Lefkowitz, Eron, Walder & Huesmann, 1977 Leyens, Camino, Parke & Berkowitz, 1975 Parke, Berkowitz, Leyens, West & Sebastian, 1977). Сентеруолл, Джой и другие обнаружили, что уровень преступлений, связанных с насилием в разных странах, возрастал параллельно с появлением телевидения. Так, между 1945 и 1974 годом уровень убийств среди белых американцев и канадцев вырос на 93 и 92% соответственно, а среди белого населения Южной Африки этот уровень снизился на 7%. В Южной Африке белые жили приблизительно в таких же экономических условиях, но без телевидения (телевидение появилось там лишь в 1975 году) (Centerwall, 1989 а, 1989 b, 1993). После появления телевидения уровень убийств в такой же степени вырос и там. Сентеруолл исключил другие объяснения, такие, как экономические факторы, возраст, наличие огнестрельного оружия и гражданские волнения, влиявшие на изменения в обществе.

Хотя сотни работ продемонстрировали некоторые психологические эффекты насилия в СМИ, в большинстве это были краткосрочные лабораторные эксперименты, причем часто использовались методы показа фильмов испытуемым и последующей той или иной проверки их поведения и установок. Эти разработки, конечно, имеют важное значение, но они не определяют длительные кумулятивные эффекты. Краткосрочные эксперименты не показывают, как детское стремление к развлечениям превращается в постоянную привычку и изменяет всю личность. Было проведено несколько работ по этой теме, в числе которых в качестве наиболее значительной следует упо­мянуть экспериментальное исследование Хьюсман и Ирон из университета Иллинойс в Чикаго (Huesman & Eron, 1986).

Долговременные исследования влияния теленасилия, охватывавшие промежуток более чем в 10 лет, проводились в США и Финляндии. Они предоставили первое прямое доказательство взаимосвязи между просмотром насилия по телевидению и жестоким поведением ребенка и подростка в жизни (Eron & Huesmann, 1984 Eron, Huesmann, Lefkowitz & Walder, 1972 Huesman & Eron, 1986 Lefkowitz et al., 1977 Pitkanen- Pulkkinen, 1981). Ирон, Лефковиц и их коллеги для того, чтобы определить влияние СМИ, жестко контролировали все посторонние переменные, в частности диспозиционную склонность к насилию. Их исследования показали, что количество телевизионных передач и фильмов, которые ребенок видит до достижения 8 лет, лучше всего характеризует наличие или отсутствие у него преступных наклонностей в 30 лет, даже если индивидуальная агрессивность, уровень интеллекта и социоэкономический статус уже известны. Те, кто часто смотрел телевизор в предподростковом возрасте, чаше наказывали своих детей спустя много лет, чем те, кто смотрел телевидение меньше в критическом возрасте между 8 и 12 годами. Просмотр большого количества телепередач и фильмов в юности, по-видимому, не имел значения.

В своем трехлетнем долгосрочном эксперименте Хьюсман, Лагерспец и Ирон (Huesmann, Lagerspetz & Eron, 1984) подробно изучили роль некоторых промежуточных переменных и взаимосвязь между наблюдением насилия по телевидению и проявлением жестокости в поступках на примере детей-школьников в США и Финляндии. В этой работе между 1977 и 1980 годом было собрано много информации о детях, их родителях, сверстниках детей и о школе, где они учились. Собранные данные включали информацию о просмотре телепередач, об установках, поведении, оценках себя и других, демографические данные о семье. Некоторые особенно интересные моменты мы опишем.

Вот ещё одно исследование в течение 17 лет, показавшее положительную связь между временем, проводимым за просмотром телепередач в подростковом возрасте и склонностью применять агрессию во взрослом состоянии.

Как уже было обнаружено во многих других работах, существует позитивная корреляция между просмотром насилия по телевидению и агрессией, оцененной сверстниками, которая оказывалась сильнее у мальчиков, чем у девочек и сильнее в США, чем в Финляндии. Общий уровень жестокого поведения был также выше у детей из США. Одним из самых впечатляющих результатов в обеих выборках была стойкая корреляция жестокости поведения и субъективной идентификации ребенка с жестоким телегероем, особенно ярко эта тенденция проявлялась у мальчиков. Результат интеракции наблюдения за жестокостями и идентификация ребенка с жестоким персонажем точнее всего определяла его жестокое поведение впоследствии.

Не было доказано, что жестокость на телевидении влияет только на склонных к жестокости детей или детей с богатым воображением. Не обнаружилось и особенного эффекта от уровня жестокости родителей и влияния их природной жестокости на склонность детей к насилию. Пристрастие родителей к фильмам с насилием также не оказывало на детей какого-нибудь заметного влияния.

Эта позитивная взаимосвязь между наблюдением насилия на телевидении и последующим жестоким поведением обнаруживалась в большинстве длительных исследований, всего с несколькими исключениями. Наиболее сильное исключение - исследование Milavsky, Kessler, Stipp & Rubens, 1982, проводившееся на средства Эн-би-си.

[Основное отличие просмотра телевидения от опытов Бандуры с куклой Бобо состоит в том, что моделирующий эффект избиения куклы угасает примерно к 12 годам, но моделирующий эффект жестокости на экране в подростковом возрасте не ослабевает, а усиливается и действует всю жизнь. То есть воздействие телеагрессии сильней, долговременней и опасней, поскольку зритель легче ассоциирует себя с героями фильмов, которые он сам захотел посмотреть, чем с какой-то там куклой – wolf_kitses].

 

Кто эффективнее учит убивать – телевидение или военные?

При изучении исторических сражений военные психологи обнаружили, что гораздо чаще встречались случаи симуляции, а не настоящие выстрелы с целью убить противника. Например, 90% мушкетов, которые подобрали у погибших и умирающих солдат в битве при Геттисберге в 1863 году, оказались заряжены. Это удивительный факт, особенно если учесть, что для того, чтобы зарядить мушкет, нужно в 19 раз больше времени, чем один раз выстрелить.

То есть человек по своей природе неагрессивен: даже во время сражения, когда если не убьёшь ты, то убьют тебя, люди не смогли «переступить» через себя и расторопно выполнить всю последовательность действий, позволяющих эффективно убить другого. Для готовности убивать совершенно недостаточно той «природной» агрессивности, которая вообще есть у каждого из нас, нужны мощные стимулы идеологического характера – ненависть к врагу, посягающему на святое, отвращение к нарушению справедливости и прочие эмоции социального характера. Этим, кстати, нормальный человек отличается от преступника, для которого этой преграды не существует.

«Такие данные наводят на мысль, что многие честные новобранцы лишь заряжали мушкеты и вставали на изготовку, но оказывались психологически не готовы к стрельбе. В более современном исследовании (проведенном в период второй мировой войны) солдат спрашивали, что они делали во время боя. Обнаружилось, что только 15-20% могли заставить себя выстрелить во врага по приказу. Когда военные обнаружили это, они решили "улучшить" данный показатель с помощью тренинга, включающего классическое формирование условных рефлексов, оперантное обусловливание, десенсибилизацию и откровенное зверство. Эти методы сработали. В период корейской войны 55% солдат испытывали желание стрелять, и более 90% из них приняли участие в войне во Вьетнаме.

Военный психолог Давид Гроссман считал, что тот же эффект наблюдается, когда мы имеем дело с видеоиграми и жестокими фильмами, разница состоит лишь в том, что мы начинаем играть в видеоигры и смотреть фильмы с детства. Обучение стрельбе непосредственно при виде "врага" - не всегда хорошая методика для солдата или полицейского, но она приносит успех в видеоиграх.

Ассоциация брутального убийства и развлечения сильно снижает беспокойство и запреты, которые нормально существуют у людей, именно это явление наблюдается у тинэйджеров, которые в качестве регулярного развлечения смотрят фильмы ужасов: «Мы взрастили поколение варваров, научившихся ассоциировать насилие с удовольствием, как римляне, которые бодро посвистывают и закусывают, наблюдая, как в Колизее закалывают христиан» (Grossman, 1998, р. 5)

Именно через СМИ происходит обучение характеру и скорости реакции. Например, Гроссман (Grossman, 1996, 1998) отстаивал точку зрения о том, что телепрограммы и фильмы с актами насилия и особенно жестокие видеоигры учат детей стрелять не задумываясь при появлении определенного стимула. Во многих видеоиграх нормальной реакцией считается стрельба при появлении некоторой цели перед глазами, причем поощряется быстрота реакции. Так, считает Гроссман, ребенок, играющий в видеоигры, учится сначала стрелять, а потом задавать вопросы. Переносится ли заученное таким способом поведение на другие ситуации? Гроссман (1998) привел пример мальчика из городка Джонсборо, штат Арканзас. Его осудили за стрельбу в школьном дворе. Мальчик не умел обращаться с настоящим огнестрельным оружием, но часто играл в видеоигры. Он и его приятель смогли ранить 15 человек, сделав 27 выстрелов с расстояния в 100 ярдов (почти 90 метров)!

Рон Харрис, 2002. Психология массовых коммуникаций. СПб: Прайм-Еврознак. 4-е междунар.издание. 568 с.

В заключение

В 1970-е годы ХХ века руководитель здравоохранения США Вильям Стюарт (William H. Stewart) получил указание сформировать консультативный совет для проверки исследований, касающихся влияния телевидения на детей. Он хотел, чтобы совет состоял из представителей научного сообщества, индустрии телевещания и потребителей. Чтобы собрать группу учёных, он послал запрос о выдвижении кандидатов в научные организации, такие как Американская социологическая ассоциация, Американская психиатрическая ассоциация и Американская психологическая ассоциация. Ими было представлено на рассмотрение около 200 имён выдающихся учёных. Руководитель здравоохранения сократил список до 40 имён и направил его президентам Национальной ассоциации работников телевещания (National association of Broadcasters), Американской компании телевещания (American Broadcasting Company, ABC), Национальной компании телевещания (Nationak Broadcasting Company, NBC) и системы телевещания Колумбии (Colambia Broadcasting System, CBS). Президентам было предложено указать, какие учёные из списка будут «неуместны для беспристрастного научного исследования данного  направления» [То есть при решении важных проблем представители бизнеса могут отводить нежелательные для них мнения примерно тем же способом, каким муллы в Иране отводят нежелательных кандидатов на выборах – wolf_kitses]. Президенты (за исключением президента CBS) отвергли 7 учёных, среди которых оказался и Альберт Бандура - первооткрыватель проблемы.

Впрочем, телевидение – это только инструмент по вкладыванию в поведение наблюдателя определённых образцов. Может вкладывать агрессию, может и позитивные формы поведения. Специальный анализ показывает, что дети, смотрящие просоциальные детские шоу вроде «Улицы Сезам», «Барни» и «Мистер Роджерс», подражают тамошним положительным образцам, что приводит к долговременным последствиям. Дети, смотревшие «Улицу Сезам», имели более высокую успеваемость, они читали в часы досуга, больше занимались в кружках и имели более низкий уровень агрессии по сравнению с контрольной группой, которая при прочих равных «Улицы…» не смотрела.

Anderson D.R., Huston A.C., Schmitt K.L.., Linebarger D.L., Wright J.C., 2001. Early childhood television viewing and adolescent behaviour// Monographs of the society for Research in Child Development. Vol.66 (Serial No.264).

Впрочем, поскольку насилие хорошо продаётся, при капитализме остаётся неясным как переключить с жестоких зрелищ на просоциальные и тем более дать отвращение к жестокости.

Tags: антропология насилия, капитализм, общество, психология, психология личности
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 39 comments