Я это наблюдал в течение нескольких лет подряд, проводя экскурсии в природу для младшеклассников. В лесу, на лугу они упорно не видят, что цветущие растения - разные, что птицы, поют по-разному, что летают разные бабочки и жуки. Этой «разности» надо специально учить, даже тех кто интересуется биологией и скорей всего потом попадёт в кружок. При наличии интереса у них та же самая «зоркость» к элементам урбосреды, и «внимательность» к её инновациям, при отсутствии того же внимания к изменениям в природе.

К сожалению, экологическое образование в детсаду, в младших классах у нас поставлено совершенно иначе. Там или культивируют «любовь к природе», сочиняют милые экологические сказки, и т.п. воздействуют на чувства, или учат практическим вещам - экономии воды и энергии, раздельному сбору мусора и пр. Так любить-то природу никто не отказывается, почти все дети любят животных (а вещи практические пока им неинтересны или воспринимаются как дисциплинарный погруз). Но любить природу вообще – пустой звук, для этого надо найти в природе что-то своё, что ты знаешь и что любишь (птицы, бабочки, млекопитающие и пр.) а для этого надо знать разнообразие субъектов выбора, - а вместо них однородная масса.

И только потому, что не учат специально птичкам и травкам - учили бы, так нашлось бы очень много интересующихся, не меньше чем кошками, собаками, аквариумистикой и пр.. О чём сужу по тем же самым экскурсиям – как только удалось показать разнообразие, сразу появлялись интересующиеся его отдельными компонентами, хотя ещё вчера их же вроде бы ничего кроме фильмов и техники  не интересовало.

Думаю, эта «слепота» не врождённая, а воспитывается взрослыми, огни ведь очень внимательны к разнообразию городской среды. Никто не будет против появления новых типов стиральных машин, сортов сыра или марки стали и наоборот - сокращение разнообразия возможностей воспринимается негативно просто потому, что каждый думает, что что-то из этого множества будет полезно лично ему. К природному разнообразию отношение равнодушное - потеря видов и деградация сообществ "не замечается" даже людьми, получающими природоохранное образование.

Может быть поэтому художники, рисующие природу – лес, озеро, взморье, - никогда не могут «насытить» изображённый ландшафт дикими животными в их естественной концентрации. Всегда получается то густо, то пусто: или на «берегу пустынных волн» не нарисованы обязательные там чайки, стайки куликов, в лесу отсутствуют птицы, звери и бабочки, которых всякий увидит в летнем лесу, или наоборот, по степени насыщения живностью картина напоминает скорей птичий двор или Большой пруд в Московском зоопарке. К тому же большинство изображённых животных трудно узнать, изображаются они весьма схематично: художники интенсивно изучали человеческое тело, но не природу, хотя её вроде бы рисовали не меньше. Эту диспропорцию показали В.Н.Грищенко и Е.Д.Яблоновская-Грищенко в анализе картин итальянцев и голландцев (их статья «Изображения птиц в западноевропейской живописи XIV-XIX веков»), думаю она действует на художников других стран и эпох.

И эта инерция взрослых воспроизводится в "слепоте" детей, не видящих что даже в городе есть уголки дикой природы, а не одни подорожники и вороны: если не видят, значит не сумеют сберечь, как не смогли уберечь парк Царицыно (а на деле не парк, а один из последних островов настоящего не нарушенного леса внутри города - сейчас он погублен).

Разорвать этот порочный круг может только направленное обучение натуралистике (разнообразию местной флоры и фауны, краеведению) в детском саду и в младших классах школы. Надо учить обращать внимание на состояние природы вокруг, чтобы возможность контакта с элементами дикой природы прямо у дома (или хотя бы в городском парке) стала такой же составляющей цивилизованного уровня жизни в городе, как некогда горячая вода, канализация и телефон.